26–27 октября. Несмотря на отставку Эрнё Герё восстание охватывает и другие города. Подразделения венгерской армии переходят на сторону восставших. В Венгрии рушится коммунистический режим, партия прекращает свое существование.

28 октября. Премьер-министр Надь признает восстание национально-демократической революцией, распускает АВО.

30 октября. Ночью в Будапешт прибывает советская делегация с целью переговоров о выводе войск. В то же время Советский Союз ведет секретную подготовку к очередному вооруженному нападению.

Акош Энгельмайер (ученик выпускного класса):

   Недалеко от моего дома, на площади Сена, собрались молодые повстанцы. Я присоединился к ним.

   Нам надо было добыть оружие против советских танков – бутылки с бензином. Бензин нам дал продавец в хозяйственном магазине, мы оставили ему расписку. Потом я ходил по квартирам довоенного дома и просил у жителей бутылки. В каждой квартире проживало по несколько семей. Я помню женщину с тремя детьми, там царила ужасная нищета. Женщина, рыдая, выливала в ванну заготовленный на зиму томатный сок и отдавала мне бутылки.

Мариан Белицкий (журналист):

   В сумерках мы добираемся до дома, где будем ночевать. [...] Седая пожилая женщина со второго этажа узнала о приезде поляков и пригласила нас на чай.

Старушка говорит: «Никто не сложит оружие, пока мы не убедимся, что советские войска будут выведены. Так говорят все – коммунисты и некоммунисты. [...] Это личное дело венгров, и только венгры могут решить его между собой».

   [...] За окнами, в набухшем воздухе октябрьских сумерек кудахтают пулеметы, заходятся очередями автоматы, земля глухо стонет эхом пушечных выстрелов. Будапешт сражается, Будапешт истекает кровью, Будапешт и ночью не знает покоя.